Кандидат экономических наук, руководитель направления «Политическая экономия и региональное развитие»
Candidate of Sciences (Economics), Head of the Department of Political Economy and Regional Development
Candidate of Sciences (Economics), Head of the Department of Political Economy and Regional Development
В статье рассматривается роль межпоколенческих отношений и межпоколенческого конфликта в социальной трансформации. Исследование данного вопроса осуществляется на примере Северного Кавказа. Анализ базируется на разделении двух форм межпоколенческого конфликта: конфликта на основе стадий жизненного цикла и конфликта на основе межпоколенческого разрыва. Именно последний особенно важен для понимания механизмов социальной трансформации. Автор демонстрирует, что межпоколенческий разрыв может приводить как к эволюции межпоколенческих отношений и постепенной эмансипации молодежи, так и выливаться в острый межпоколенческий конфликт. Последний определяет динамику межпоколенческих отношений в первую очередь в условиях высоких темпов социальных преобразований, идеологического плюрализма и протестного потенциала молодежи. Опорой молодежи в противодействии сложившимся нормам и заложенным в процессе ранней социализации представлениям о превосходстве старших становятся радикальные идеологии. На Северном Кавказе роль такой идеологии сыграл исламский фундаментализм. Именно он стал языком межпоколенческого конфликта и способом его легитимации. Эта идеология отрицает безусловную ценность опоры на опыт предков и считает, что авторитет знания выше авторитета возраста. Подобный механизм межпоколенческого конфликта поставил под вопрос сами основы традиционной культуры. С одной стороны, это расширило возможности адаптации молодежи к новым условиям, способствовало развитию индивидуализма и критического мышления. Но, с другой стороны, межпоколенческий конфликт в подобной форме привел к радикализации молодежи, к распространению насильственных практик.
The article is devoted to the analysis of the role of intergenerational relations and intergenerational conflict in social transformation. The example of the Northern Caucasus is used for this research. The analysis is built on the separation of the two forms of intergenerational conflict: conflict based on the life cycle stages and conflict based on the generation gap. The latter is especially important for understanding the mechanisms of social transformation. The article demonstrates that a generation gap can either lead to the evolution of intergenerational relations-and the step-by-step emancipation of the youth-or generate acute intergenerational conflict. The conflict intervenes in the dynamic of intergenerational relations, mostly in the situation of rapid social transformation, ideological pluralism and the youth's protest potential. For the youth, radical ideologies act as pillars against existing norms and the superiority of elders that was implanted during the early process of socialization. In the Northern Caucasus, Islamic fundamentalism had played the role of such an ideology. It was the language and the way of legitimation of intergenerational conflict. It denied the undoubted value of relying on the ancestral experience and considered the authority of knowledge as more important than the authority of ages. This mechanism of intergenerational conflict questioned the very basis of traditional culture. On the one hand, it widened the possibilities for the youth's adaptation to the new conditions, contributed to the development of individualism and critical thinking. However, on the other hand, intergenerational conflict in such forms led to youth radicalization and the spread of violent practices.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.